Батядед - Маска войны

Сапоги утопают в густой вязкой глине.
Мы забыли о доме, мы забыли о чине.
Здесь не пишут стихов, здесь диктует свинец.
Каждый миг это бой, каждый шаг как конец.

Грязь застыла на лицах, как маска войны.
Мы забытые дети великой страны.
Слышишь грохот вдали. Это рвётся металл.
Кто то пал на бегу, кто то просто устал.

Друг упал за плечом, не успел добежать.
Мне теперь за двоих эту землю держать.
Здесь не просят пощады, здесь нету чудес.
Только чёрное небо и выжженный лес.

Страх сжимает кулак, ледяной, как мороз.
Но не видно в глазах ни обиды, ни слёз.
Тишина. На минуту затихла гроза.
Смерть глядит нам открыто и честно в глаза.

Но пока бьётся пульс, мы стоим до конца.
Сквозь огонь и железо, теряя сердца.
Потеря за потерей, в списке новые лица.
Нам эта реальность ночью не снится.

Вчера он шутил и делился пайком.
Сегодня накрыт он сырым лоскутом.
Ни имен, ни чинов, когда мина свистит.
Только ярость в груди за брата горит.

Кровь на камнях, пот на лице.
Мы заперты в этом безумном кольце.
Грязь на ладонях, в душах свинец.
Кто то герой, а кому то конец.

Кровь и бетон, копоть и дым.
Никто не вернётся отсюда живым.
Даже если дойдёшь, душа сожжена.
Вот она правда, в этом война.

Мы вгрызаемся в землю, в бетон и в песок.
Чтобы сделать ещё один важный бросок.
Тишина страшнее любого огня.
Слышишь. Земля забирает меня.

Ни славы, ни блеска, лишь копоть и боль.
Мы здесь играем кровавую роль.
Здесь не пишут стихов, здесь ломаются кости.
Мы на этой земле незваные гости.

Страх стучит в висках, как бешеный пульс.
Я шепчу темноте, отсюда вернусь.
Но режет металл воздух в куски.
Сердце сжимая сердце в стальные тиски.

Страх липким слоем ложится на плечи.
Время не лечит, оно лишь калечит.
Свист над головой, это чья то судьба.
В этой симфонии только стрельба.

Друг упал рядом, не успев закричать.
А нам остаётся лишь зубы сжимать.
Сон это роскошь на пару минут.
Вспышки разрывов по нервам бьют.

Мы разучились верить словам.
Мир раскололся ровно пополам.
Голод и холод, сырой блиндаж.
Жизнь это просто короткий стаж.

Кровь на камнях, пот на лице.
Мы заперты в этом безумном кольце.
Грязь на ладонях, в душах свинец.
Кто то герой, а кому то конец.

Кровь и бетон, копоть и дым.
Никто не вернётся отсюда живым.
Даже если дойдёшь, душа сожжена.
Вот она правда, в этом война.

Вчерашний пацан стал седым стариком.
Смерть здесь гуляет и ночью, и днём.
Рифмы ложатся под грохот орудий.
Здесь не статистика, здесь гибнут люди.

Запах тротила, пропитанный страхом.
Всё, что любили, рассыпалось прахом.
Тишина пугает сильнее, чем гром.
Мы забыли, как выглядит дом.

Вкус железа во рту, это запах беды.
Мы оставляем в воронках следы.
Только пульс в висках, живи, живи.
В этой грязи, в этой боли, в крови.

Война не прощает, война не поёт.
Она только жизни безжалостно пьёт.
Сквозь стоны и пламя, сквозь дым и разрыв.
Мы просто идём, до конца не дожив.

Грязь на руках, холод в костях.
Жизнь пролетает на острых штыках.
Вспышки разрывов, страх в глубине.
Мы оставляем сердца на войне.

Пот на висках, холод внутри.
В небо пустое сквозь пламя смотри.
Потери не счесть, цена высока.
Жизнь утекает, как в бездну река.

Кровь на камнях, пот на лице.
Мы заперты в этом безумном кольце.
Грязь на ладонях, в душах свинец.
Кто то герой, а кому то конец.

Кровь и бетон, копоть и дым.
Никто не вернётся отсюда живым.
Даже если дойдёшь, душа сожжена.
Вот она правда, в этом война.